Горы во мне. Джоанна Добсон

Соседняя Вселенная — Уважение Других  Мировоззрений

“Возможно, в некоторой великой схеме вещей мы все связаны, мы — кворум, чувствительный ко всем формам жизни, и таким образом, исчезновение разнообразия делает нас чуть менее умными, гибкими, человечными …”                                                                                                        Роберт Твиггер

             Во всем мире священные горы является местами, где природа и культура объединяются в рамках контекста самых высоких этических систем человечества. Достаточно лишь рассмотреть значение горы Синай для иудаизма, горы Кайлас для буддистов в Тибете, пиков Сан-Франциско на американском юго-западе для индейцев хопи и, конечно, горы Белухи для народа Алтая. Горы существуют во всем мире, однако, отношения представителей различных наций к горам различаются,  ведь каждая нация имеет свое собственное мировоззрение, «главную ориентацию сердца, которая может быть выражена в виде истории или через ряд имеющихся предположений об устройстве действительности, которые обеспечивают основные принципы, по которым мы живем и двигаемся и существуем» (Джеймс В. Сайер). Сравнительно недавно стало ясно, что вопрос потери культурного разнообразия не менее актуален и, более того, тесно взаимосвязан с стабильностью экосистем,  проблемой, которая усиленно муссировалась в современном обществе на протежении последних трех-четырех десятилетий. По этой причине, стало особенно важно уважать и учиться  ценностям и духовной философии других народов. Учиться у других культур труднее, чем можно было бы ожидать, однако это то, что обеспечивает то самое  культурное разнообразие, которое нам так нужно сохранить.

В данной статье автор делится личным опытом краткого знакомства со вселенной народов Алтая.       

Горы во мне

Во время моих первых поездок на Алтай я слышала и читала слово «гора» чаще, чем когда-либо прежде в моей жизни. На экскурсиях нас просили не фотографировать вершины гор; я читала, что народ Алтая практикует ‘культ горы’; что на Алтае слово «горы» относятся к той же семантической группе, что и такие слова как ‘мировая ось, ‘дерево жизни’ и ‘коновязь’ и даже, что горы были связаны с предками и прародителями. Во время простого чаепития, слово ‘гора’ никогда не было далеко от предмета беседы. Несмотря на это, я действительно не могла понять значения, которое приписывается на Алтае священным горам. Тогда во мне не было гор.

Проживание среди алтайцев и около священной горы позволили мне сделать ряд открытий, которые за последние десять лет не могли не изменить внутренний «пейзаж» моего мировоззрения и позволили мне в конечном счете «найти горы» в себе.

Внимание к горе.

Несомненно, в первую очередь изменилось то, что я научилась постоянно уделять внимание горе, у которой мы жили. Утром, выходя из дома, я привыкла первым делом находить глазами гору, возможно как ребенок ищет своих родителей в начале дня. Также для меня стало привычным смотреть на небо, с тем, чтобы постараться разглядеть, видны ли сегодня вершины или накинула ли гора сегодня вуаль, чтобы уединиться. Гора постепенно стала самым доминирующим и центральным элементом пейзажа, в котором я жила. Я также заметила, что, чем больше я смотрела на гору, тем меньше я смотрела на себя в зеркало.

Увеличительное стекло.

Вторым шагом к тому, чтобы открыть гору в себе, было постепенное осознание того, что священные горы действительно имеют свой собственный дух и законы, которые некоторым образом регулируют то, что происходит вокруг. Люди много говорят о духе гор и, может быть, иногда трудно понять, что при этом имеется ввиду. Однако, со мной в горах произошло так много случаев, когда присутствие духа становилось очевидным, что теперь я не сомневаюсь в его силе. Я приехала, за тем, чтобы почувствовать законы духа гор как мощные духовные истины, которые там приняты. В их присутствии, дисгармония как будто становится очень заметной и сравнима с маленьким пламенем свечи в затемненной комнате. Иногда, мне казалось, что у духа горы есть увеличительное стекло и через нее он будет заглядывать в сердце каждого путешественника, пока мы спим, и увидит наши неразрешенные проблемы и подавляемые переживания или ошибочные выражения нашего человеческого эго. Ритуалы, которые выполняются на горе и которые, возможно, ранее казались мне просто ‘необычными’ традициями, я теперь воспринимаю как абсолютную необходимость. Мне больше не казалось странным просить о благословлении или просить разрешения пересечь реку. С того времени я всегда думала о духе горы как об очень мудрой женщине, которая прожила намного дольше, чем любой из нас. Тенденция к антропоморфической символике гор в мировоззрении алтайцев больше не казалась мне странной. Конечно, пребывание в горах убедило меня в том, что в тонких мирах больше беспокойства о человечестве и сострадания к нему, чем я, возможно, когда-либо считала возможным.

Понимание того, что у духа покровителя священной горы имеется увеличительное стекло для того, чтобы исследовать вашу душу, заставляет вас пристально наблюдать за вашим внутренним состоянием во время того, как вы пересекаете реки и выбираете путь по скалам и между деревьями. Мне казалось, что священная гора имеет уровни и зоны, и что чем глубже вы зашли, тем тоньше должно быть настроено ваше самосознание, чтобы не быть в дисгармонии с более высокими вибрациями истины, которые там существуют. Способность зайти более глубоко в свою душу, двигаясь при этом вверх в окружающем вас пейзаже — это дисциплина в искусстве равновесия души, которая не характерна для моей собственной культуры. Это, конечно, заставило меня задуматься насколько мы слепы и наивны, когда полагаем, что сегодня с парой туристских ботинок и плащей мы можем достичь того, что потребовало бы шаманского ритуала в прошлом, а именно разговора с духом горы и проявления более высокого самосознания. Я поняла, что я вновь знакомилась с давно забытым понятием иерархии.

Структура и Иерархия.

Из новой ‘целостной’ духовности, которая развивается сейчас на западе и которую мы соотносим с ‘законами вселенной’, мы узнали определенные фундаментальные принципы того, как все устроено в мире энергетически как то: законы притяжения, необходимости и полярности. Возможно, то, что подразумевается в данном случае, на Алтае называют законами природы. Работа этих законов проявляется особенно явно в священных местах. В этой горной долине, не эта ли вездесущая сила, которая заставляет нас наблюдать законы природы, позволяет нам найти горы в себе?

Однажды, когда меня попросили быть переводчиком для маленькой группы паломников, я стояла высоко в горах, пристально глядя вниз туда, где я знала, была долина. Я вспоминала те времена, когда я стояла у аила, пасла ягнят на стоянке, ходила по полям и приезжала или уезжала из долины на машине, и пристально смотрела на гору, где я теперь стояла с надеждой, с внутренним ощущением равновесия и безопасности. Дух горы заполнил долину, и его мысли спускались к нам вниз, по ступенькам более низких вершин горы, и попадали в долину на пути к местам своего предназначения, построенным в древние времена. И когда я стояла там, вспоминая о прошлом, я испытала сильное желание, сильнее, чем когда-либо прежде, быть более осторожной в том, что было в моем сердце и в моих мыслях. У меня было чувство, что наши мысли опустятся ниже и проникнут в долину так же, как это произошло с духом горы и я вспомнила о призыве, который постоянно повторяли мои алтайские друзья, о необходимости иметь ‘белые, чистые мысли на горных перевалах’. Я задавалась вопросами:’На что это будет похоже? Как человеческие мысли могут сравниться с мыслями о духе горы?’ Здесь, в окружении чистоты, действительно не хочется отравлять атмосферу горькими чувствами, будь то вина, зависть, расстройство, депрессия или печаль. Присутствие чистоты вызвало во мне ощущение почтения к горе, а также к растениям и животным, которые там обитают.

Именно после этого случая я поняла, что мое желание пойти в горы сдерживалось новым пониманием иерархии и структуры. Горы это место более высокой истины, долины это место человека, и перемещение между ними требует мудрости, понимания ритуалов и культуры, сформированного многими поколениями. Со временем мое любопытство и желание попасть за пределы видимого ландшафта сменились ощущением сопричастности и преданности. На смену потребности пойти в горы пришла вера в дух горы. Теперь горы были во мне.

Гора приходит к очагу.

Вскоре после этого спуска, я провела вечер с друзьями. Кайчи нагрел струны своего топшура около очага. В тот момент, когда лица светились, звучала песня и играли языки пламени, дух горы послал нам одну из своих мыслей. Он вошел в аил и посидел с нами у огня. Я был потрясена, увидев, что не обязательно ходить в горы. Когда есть духовная культура, гора может прийти к вам. Слушаете ли вы, как кайчи исполняет эпос, или наблюдаете за бабушкой в платке всех цветов радуги, которая размышляет о чем-то на горе в колечках дыма от своей трубки, дух горы – там, с вами, если у вас есть культура, молитвы, звуки, цвета, формы и ценности, для того, чтобы создать необходимую гармонию. За этот урок я особенно благодарна.

В 2010, спустя десять лет после моего первого посещения Алтая, я вновь побывала на Алтае, на священной горе. То, что следует далее, — отрывок из моего дневника о путешествии.

У потайной двери к Богу — Открытие гор в себе.

Об этой короткой поездке ничего особенного не расскажешь. Погода была прекрасная, компания – сдержанная и спокойная, наш алтайский гид был внимателен и дружелюбен. В то же время, однако, это было совершенно поразительно, поскольку мы весьма неожиданно мы почувствовали присутствие Бога! Мы проехали много часов, прежде чем прибыли на стоянку, уютно расположившуюся под горным кряжем и окаймленную крошечными озерами. Мы так внезапно прибыли туда, где мы были преисполнены благоговейного страха, что это было бы так же, как если бы мы прокрались в собор через черный ход, и неожиданно оказались непосредственно перед алтарем. Возможно, вы думаете, что мы были поражены красотой этого места. На самом деле – нет, ведь пейзаж почти не изменился. Скорее, я была столь поражена внезапной силой возвышенного, что я смогла лишь спуститься с седла и уснуть. Сорок минут спустя я пробудилась как новорожденный младенец. Мы успели лишь побеседовать с владельцем стоянки прежде, чем мы снова оседлали лошадей и уехали прочь под лучами вечернего солнца. Погружение в возвышенное было недолгим и быстро закончилось, но его было достаточно, чтобы возродить во мне чувство равновесия, цельности и умиротворения.

Моя подруга спросила меня, почему я назвала эту короткую часть путешествия ‘У Потайной Двери к Богу’. Ее вопрос удивил меня, потому что я поняла, что мне не приходило голову связать наше скромное паломничество с чем-нибудь еще. Десятью годами ранее горы не ассоциировались бы у меня с Богом. Действительно, какое они имели отношение к Богу? Конечно, если бы мы поехали в церковь, присутствие Бога предполагалось бы и не нуждалось бы в упоминании. Я поняла, что для меня теперь таковой является эта гора — главный момент нашего паломничества. Как еще я могла назвать что-то столь мощное, настолько большее чем я, разумное и способное восстановить равновесие в моем мире?

Сегодня, благодаря технологиям, мы можем путешествовать так быстро, и заезжать так высоко и далеко. Мы знаем так много обо всем и все же, посреди всего этого, я прошу, чтобы среди тех, кто засыпает у подножия разумной горы, всегда были те, для кого этот красивый мир из земли и воды оставался бы священным местом. Я бы могла только мечтать о том, чтобы моим детям и внукам выпала возможность поглядеть на заморских птиц, на экзотические цветы или на диковинных зверей, и о том, чтобы им было дано прикоснуться к культурам, которые укажут им верный путь к тому заветному месту в их душе, где они обретут спокойствие, нравственную опору, и путеводную нить на всю их дальнейшую жизнь.

Заключение

В дискуссиях сегодня я постоянно слышу, что, несмотря на те положительные моменты, которые может дать посещение священной горы в плане приобщения посетителей к местному мировоззрению, туристическая индустрия не всегда принимает во внимание что значит «священное» и ‘мировоззрение’ в приложении к Алтаю. Это беспокойство весьма понятно. Если алтари и святыни используются с целью отдыха, те, кто им молится, страдают, потому что ‘святость’, связанная с ними ставится под вопрос. Вне зависимости от того, является ли это преднамеренным или это просто вопрос невежества, кощунство причиняет страдание и является причиной для беспокойства. Проблема состоит в том, что в отличие от ‘мировых религий очень немного известно о традиционных верованиях коренных народов. Заключить данную работу, посвященную священным местам и горам в особенности, я хотела бы выводом о том, что то, с чем мы действительно имеем дело сегодня, это не горы как таковые, а мировоззрения, для которых горы являются священными и основополагающими. Если мы действительно желаем учиться друг у друга заботе о природе, и если мы действительно желаем сохранить культурное разнообразие, мы должны думать в масштабах ‘мировоззрений’. Если мы будем уважать мировоззрения друг друга, мы сможем предпринять шаги к созданию ‘культурного разнообразия’, которое настолько важно для стабильного будущего.

 n4cAWTpfkRM

Джоанна Добсон, Великобритания

http://altaipiligrim.wordpress.com

Реклама
Заметка | Запись опубликована в рубрике Взгляд со стороны с метками , , , , , , , , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s